Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын

В городке Ржеве жил некто по имени Федор с женою Иулианиею и отпрыском Давидом. Из Ржева он перебежал в Старицу, и был там старостою в ямской слободе. Он дал собственного единственного отпрыска обучаться грамоте у монахов, как заурядно делалось. Давид оказался очень способным, обожал чтение и был посвящен в попки Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын в одном из сел Старицкого Богородицкого монастыря. Через 6 лет Давид лишился супруги, оставившей ему 2-ух отпрыской и, по обычаю тех пор, постригся в монахи в том же Богородицком монастыре, под именованием Дионисия. Он был еще молод, очень прекрасен и статен, глаза его блестели постоянною веселостью, спокойствием и добротою, русая окладистая Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын борода его спускалась до пояса. Он обладал громким, красивым голосом, отлично пел, с чувством читал на богослужении и интересно гласил. Говорят, что в один прекрасный момент он поехал из собственного монастыря в Москву и рассматривал книжки в книжном ряду. Кто-то стал подшучивать над ним, делая намеки Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын на то, что схожий монах-красавец чуть ли способен удержаться от соблазнов плоти. Слышавшие эту проделку напустились на шутника, окрестили его невежею, но Дионисий произнес ему: «Ты прав, брат, если б я был неплохой монах, то не шатался бы по торжищам, а посиживал бы в келье». Насмешнику стало постыдно Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын, и он просил прощения у Дионисия. Через несколько времени Дионисий был поставлен архимандритом в том же монастыре, пробыл в этом сане около 2-ух лет и бывал нередко в Москве; тут он сошелся с патриархом Гермогеном, который полюбил его. Оба они были совсем обратны по нраву: Гермоген — вечно грозный, сердитый Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын, всем недовольный, подозрительный, тяжкий в воззвании с людьми, Дионисий — всегда размеренный, смиренный, добродушный. Но оба сходились меж собою поэтому, что как тот, так и другой идиентично были прямодушны, честны, благочестивы, идиентично обожали отечество. Во все продолжение осады Москвы тушинцами, Дионисий пробыл в столице и совместно с Гермогеном выходил для увещания Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын народа, возмущавшегося против царя Василия. В 1610 году, уже после того, как шайки Сапеги и Лисовского отступили от Троицкого монастыря, скончался троицкий архимандрит Иосаф, и в июле, за несколько недель до падения Шуйского, Дионисий построен был в звание троицкого архимандрита. С этих пор началась его высочайшая, доблестная деятельность как Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын христианина, так и гражданина.

Пришло то ужасное время, которое российский люд в собственной памяти окрестил «лихолетьем». Бессчетное огромное количество народа мучалось и гибло от зверства польских и казацких шаек. Толпы российских людей обоего пола, голые, босоногие, измученные, бежали к Троицкой обители. «Некоторые, — гласит свидетель, — были все испечены огнем; у других Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын вырваны на голове волосы; огромное количество калек валялось по дорогам, у других были вырезаны полосы кожи на спине, у других отсечены руки и ноги, у кого были следы обжогов на теле от распаленных камней». Архимандрит Дионисий посылал подбирать их по окрестностям, привозить в монастырь и вылечивать. Для этой Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын цели он отдал приказ выстроить поликлиники, странноприимные дома как в самом монастыре, так и в монастырских селах (в Служней и в селе Клементьеве). Монахи и служки по его приказанию беспрестанно ездили по окрестностям, подвергаясь сами погибели от разбойников, привозили покалеченых и голодных. Дионисий всех приказывал подкармливать, поить, вылечивать, давать Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын им одежку и обувь, а дамы беспрерывно мыли и шили им белье. Не считая того, собирали мертвых, привозили их и предавали христианскому погребению. «Я помню, — гласит один из участников, Иван ключарь, — как в один денек похоронили 860 человек в Клементьеве селе, не считая других мест, а по смете в течение Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын 30 недель погребли более 3000; бывало по 10 и пятнадцати трупов зарывали в одну могилу». Дионисий отважился употребить на доброе дело всю монастырскую казну, все, что давали туда вкладчики на поминование собственных душ. «От осады большой Бог освободил нас, — гласил он, — а за леность и скупость может ужаснее еще смирить. Лицезреем все, что Москва Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын в осаде, а литовские люди рассыпались по земле, что у нас ни есть хлеба ржаного и пшеницы и квасов в погребе, — все отдадим раненым людям, а сами будем есть хлеб овсяной; и без кваса, с одной водой не умрем». Сам Дионисий за всем смотрел, следил, чтоб у людей, которым Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын давали приют, был мягенький хлеб и свежайшая еда, сам осматривал нездоровых, давал лечущее средство, причащал умирающих, ни денек ни ночь не зная покоя. Этого не много, он хлопотал о том, чтоб российский люд не оставлял борьбы с неприятелями, посадил у себя в келье писцов и приказывал им Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын переписывать списки с грамот, которые беспрестанно рассылал с гонцами по всем городкам, возбуждал ратных людей к мужеству, стыдил за леность и беспрестанно служил молебны о спасении отечества. Еще летом, когда живой был Ляпунов, Дионисий рассылал грамоты в Казань, Новгород, Вологду, Пермь и другие городка, уверял посылать к Москве ратных людей Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын и доставлять казну. Когда уже Ляпунова не стало, в ополчении под Москвою властвовали казаки. Дионисий совместно с келарем Аврамием от 6 октября 1611 года выслал по различным городкам новейшую грамоту. Желая соединить все силы российской земли, троицкие власти не стали раздражать казаков, и поэтому не поминали об убийстве Ляпунова и Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын с похвалою откликались о Трубецком и Заруцком за то, что они стояли под Москвой против поляков и российских изменников. Вся вражда обращена была на последних. Российские призывали действовать заодно с казаками. «Видите, — писалось в этой грамоте, — что приходит нам конечная смерть. Все разорено, поругано, бессчетное огромное количество народа в городках и селах Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын кончили жизнь под свирепыми, горьковатыми муками. Нет пощады ни сединам долголетних старцев, ни сосущим молоко малышам. Сжальтесь над нашею погибелью, чтоб и вас самих не поняла свирепая погибель. Бога ради, пусть весь люд положит подвиг страданья, чтобы всем православным людям быть в соединении, а вы, служилые люди Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын, поспешайте без мельчайшего замедления к Москве в сход, к боярам и воеводам и ко всему огромному количеству христианского народа. Сами понимаете, что всякому делу есть свое время, а безвременное начинание бывает суетно и бездельно. Если меж вами есть и будут недоволы (чего-нибудть неладное), Бога ради, отложите это до времени, чтобы Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын нам всем заодно положить собственный подвиг и пострадать для избавления христианской православной веры. Если мы прибегнем к прещедрому Богу, и пречистой Богородице, и ко всем святым и обещаемся сообща сотворить наш подвиг, то милостивый владыка, человеколюбец, отвратит праведный собственный гнев и освободит нас от свирепой погибели и латинского Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын порабощения».

Это обращение ободряло народный дух, падавший под гнетом страшных бедствий. В посылке обращений участником Дионисия является также келарь Аврамий Палицын, имя которого вкупе с именованием Дионисия ставилось в этих грамотах. Он происходил из авторитетного рода малорусских выходцев, прибывших в Москву в XIV веке и принявших фамилию Палицыных от Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын 1-го собственного предка, прозванного Палицею. В конце XVI века он вступил в монашество; а во время осады Лавры Сапегою носил принципиальное звание келаря — заведующего монастырскими делами. Он в это время не находился в монастыре, жил в Москве на Троицком подворье и во время скудости, происшедшей от осады, пустил в Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын продажу по заниженной стоимости припасы хлеба, находившиеся в столице, вобщем, воспользовавшись этим и в свою пользу. Правитель Василий утвердил за ним спорную вотчину его двоюродного брата, хотя, фактически, по соборным постановлениям в схожих случаях ему, как монаху, следовало получить из казны заместо вотчины средства, а не саму Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын вотчину. По низвержении Шуйского келарь Аврамий был послан под Смоленск одним из членов посольства. Когда поляки стали притеснять это посольство, подозревая его в соумышлении с Ляпуновым, некие дворяне, бывшие в посольстве, стали выходить из него. Схожим образом поступил и Аврамий Палицын; он поклонился Сигизмунду, выпросил у него для собственного Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын монастыря грамоту на собирание пошлин с Конской Площадки в Москве и уехал в Москву. Этот поступок чуть ли можно поставить ему в вину: он только указывает благоразумие. Аврамий предугадал, что послов за их упорство возьмут в неволю и вышлют в Польшу, а поэтому рассудил заблаговременно уехать, чтоб иметь возможность Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын служить русскому делу.

Во всегда похода Пожарского и Минина к Москве, Дионисий и Аврамий писали к ним грамоты, торопили их идти быстрее к столице, чтоб предупредить Ходкевича, который был должен привести свежайшие силы и припасы польскому гарнизону, остававшемуся в Кремле, а когда услыхали, что в Ярославле в российском ополчении происходят раздоры Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын и кавардаки, то отправили поначалу жившего у Троицы на покое ростовского митрополита Кирилла, а позже отправился туда келарь Аврамий водворять согласие и уверял Пожарского торопиться быстрее к Москве. Аврамий в собственном рассказе о событиях сих пор порицает Пожарского за его медленность и неспособность задерживать в войске порядок. Двинувшись в конце Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын концов к Москве, Пожарский 14 августа тормознул под Троицею. Дионисий служил молебен, кропил войско святою водою, и Аврамий, совместно с Пожарским, отправился к Москве. Если веровать рассказу самого Палицына, то он больше всего содействовал успехам казаков, убедивши и воодушевивши их своим сладкоречием. Потом, во время пребывания российского ополчения под Москвою Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын, пару раз возобновлялись недоразумения меж земскими людьми и казаками. Казаки добивались жалование. Келарь Аврамий отправился к Троице, и архимандрит Дионисий с братиею, не имея средств, отправили казакам в виде залога богатые церковные одежки, но казаки, тронутые этим, не взяли такового залога и дали обет не отходить от Москвы до Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын этого, чем ее не очистят от поляков.

В феврале 1613 года под Москвою происходил выбор нового царя. Аврамий Палицын, вкупе с другими духовными, был выслан в посольстве для приглашения новоизбранного царя на престол.

Смуты улегались. На престоле посиживал избранный сударь, но, по юности и по недавности собственной Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын власти, находился под воздействием бояр. В это время был восстановлен был печатный двор (типография) в Москве и предпринято печатание церковного требника. Дело это доверено Дионисию. Ему дали для работ 2-ух монахов Троицкого монастыря, Арсения и Антония, и священника Ивана из монастырского Клементьевского села. Правитель избрал этих людей поэтому, что им понятно Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын было книжное учение, грамматика и риторика. Рассматривая написанный до этого «Потребник» (требник), Дионисий увидел в нем неправильности, а равным образом отыскал в старенькых рукописных экземплярах много ошибок, вкравшихся в их от невежества. Таким макаром, в конце многих молитв встречались некорректные выражения, имевшие смысл смещения лиц Св. Троицы савелианской лжи. В Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын молитве, читаемой при водоосвящении, «Прииди, Господи, и освяти воду сию Духом Твоим святым», прибавлялось «и огнем». Надбавка эта вошла во всеобщее употребление, а меж тем она вкралась в требник единственно по невежеству. Дионисий отдал приказ выкинуть ее из новопечатаемого требника. Но в Троицком монастыре, как вообщем в российских Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын монастырях, меж монахами властвовало невежество, а некие из их представляли себя при всем этом людьми учеными и воспользовались почтением в среде собственной братии. Такими были у Троицы головщик (управляющий пением в церкви) Логин и уставщик Филарет. Дионисий был человек до чрезвычайности смиренный, а они отличались непомерным нахальством. Дионисий, глубоко Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын проникнутый христианским чувством, лицезрел бесплодность 1-го глупого соблюдения обрядов и ввел чтение бесед евангельских и апостольских, некогда переведенных Максимом Греком и остававшихся без потребления. Дионисий приказывал их списывать и рассылал по другим монастырям и соборным церквам. Это до крайности не нравилось монахам; Логин и Филарет возбуждали против Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын Дионисия братию и дерзко гласили ему: «Не твое это дело читать и петь: стоял бы ты, архимандрит, с твоим мотовилом на клиросе как глупец немой». Дионисий переносил такие проделки. Логин и Филарет хвастались своим пением и умением читать, называли еретичеством «хитрость грамматическую и философство» и пускались в умствования самым Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын несуразным образом. Так, делая упор на слова Св. Писания, что Бог сотворил человека по виду собственному и подобию, они представляли для себя Бога с членами тела человека. Дионисий был должен зря разъяснять этим невеждам первичные понятия о том, что духовные предметы выражаются телесным образом. Обличая укоренившуюся привычку наслаждаться только формою и не Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын внимать в смысл, Дионисий гласил им: «Что толку из этого, что ты поешь и читаешь сам, не разумея, что произносишь? Видишь ли, апостол Павел гласит: „Воспою языком, восхвалю же мозгом“. Тот же апостол гласит: „Если не знаю силы слова, какая из того полезность? Бых яко кимвал“, т.е Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын. все равно что бубен либо колокол. Человек, не понимающий смысла слова, которое произносит, похож на собаку, лающую на ветер; вобщем, и умная собака не лает зря, а подает лаяньем известие государю. Только сумасшедший пес, слыша издалека шум ветра, лает всю ночь!» Высокомерные неприятели Дионисия возражали ему на это: «Пропали места Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын святые от вас дураков, неученых сельских попов. Людей учите, а сами ничего не знаете». Наглость их в конце концов дошла до того, что в один прекрасный момент Логин вырвал у него в церкви книжку из рук; архимандрит махнул на него своим жезлом и произнес: «Перестань, Логин! Не Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын мешай богослужению, не смущай братию». Но Логин вырвал у него из рук жезл и изломал.

Так обращались эти наглецы со своим архимандритом, пользуясь его кротостию. В конце концов, Логин и Филарет подали на Дионисия донос в Москву и винили в лжи за то, что он выкинул из требника слово Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын «и огнем». Патриарха в Москве еще не было. Основным духовным сановником был крутицкий митрополит Иона, твердый и корыстолюбивый невежда. Собрав вокруг себя таких же невежд, он стал рассуждать с ними; и отыскали они, что Дионисий еретик, вооружили против него и мама царя Миши, инокиню Марфу Ивановну, даму набожную в Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын древнем смысле слова.

Дионисий был призван в Москву и в Вознесенском монастыре в присутствии мамы царя защищался от обвинений; но все было зря. Его признали еретиком, востребовали уплаты пятисот рублей пени. Но у Дионисия средств не было: он все растратил на дело спасения отечества. Его поставили на правеж в сенях, на Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын патриаршем дворе, заковали, издевались над ним, плевали на него. Дионисий не только лишь не падал духом, но хохотал и шутил с теми, кто бранился над ним. «Денег нет, — гласил он, — ну и давать не за что. Эка неудача, что расстричь желают! Это означает не расстричь, а достричь Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын. Угрожают мне Сибирью, Соловками. Я не боюсь этого. Я тому и рад. Это мне и жизнь». Правеж длился некоторое количество дней. За Дионисием посылали, приводили его пешком либо привозили на кляче. В народе распространился слух, что явились такие еретики, которые желают огнь из мира вывести. Раздражились против Дионисия в особенности те Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын, которые по роду собственных занятий повсевременно обращались с огнем, как к примеру, различного рода мастера и повара. Когда Дионисия вели на правеж, они бежали за ним, бранились и кидались в него песком и грязюкой, а он, заместо того чтоб сердиться либо унывать, хохотал над своим положением Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын и острил над невеждами. Уважавшие его люди гласили: «Ах, какая над тобою неудача, отче Дионисий!» — «Это не неудача, — гласил им Дионисий, — это сказка над бедою. Это милость на мне явилась: государь мой, первосвященный митрополит Иона паче всех человек творит мне добро». Раздражение против Дионисия усиливалось оттого, что в это время подходил к Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын Москве Владислав, и в народе появлялся ужас, что Бог отправляет свою кару за проявившуюся ложь. Не взявши ничего с Дионисия, его выслали в заточение в Кирилло-Белозерский монастырь, но не могли провезти его туда, так как в это время Москву окружали враги. Дионисия засадили в Столичный Новоспасский монастырь Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын на покаяние.

Но не длительно приходилось мучиться ему. Правитель заключил перемирие с поляками в Деулине. Последовал размен пленных. Отец царя, митрополит Филарет, возвратился в отечество в июне 1619 года, а находившийся в это время иерусалимский патриарх Феофан предназначил его в сан столичного патриарха. Филарет знал Дионисия и через Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын семь дней после собственного посвящения принялся разбирать его дело вкупе с Феофаном. Глас восточного патриарха числился авторитетом на Руси в схожих вопросах. Феофан объявил, что Дионисий совсем прав, что надбавка «и огнем» неупотребительна на Востоке. Дионисия воротили в Троицкий монастырь с честью.

Во время заключения Дионисия в лавре оставался келарь Аврамий Палицын Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын, вкупе с воеводами, поставленными у Троицы, готовился отражать нападение Владислава на монастырь и принужден был спалить монастырский посад. Со стенок Троицкого монастыря повстречали Владислава пушечные выстрелы. Королевич отступил и в 3-х милях от Троицы, в селе Деулине, 1 декабря 1618 года, было заключено перемирие, после которого дело о размене Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын пленных тянулось до половины июня 1619 года.

Предстоящая жизнь Дионисия по возвращении его в Троицкий монастырь не прошла, но, без новых испытаний. Троицкие монахи не отличались благонравием, были корыстолюбивы, заводили тяжбы за земли и за людей. Дионисий не вытерпел этого, старался искоренить пороки, но был очень кроток, прямодушен и гнушался Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын всякою хитростью. Архимандрит вообщем, по правилам, не имел в монастыре бесспорной власти: все далалось с согласия келаря и братии; Дионисий строго уважал легитимный порядок, не употреблял никаких кривых мер для захвата власти и оттого был бессилен. Его нежное, учтивое воззвание развивало меж монахами только наглость и неповиновение. Российские люди тех пор Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын исполняли приказания властей только тогда, когда они внушали ужас. Дионисий, если что приказывал монаху, гласил: «Сделай это, если хочешь, брат». Монах, выслушавши такового рода приказание, не исполнял произнесенного и гласил: «Архимандрит мне на волю отдал: желаю делаю, желаю нет». Некий эконом поссорил Дионисия и с Филаретом Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын. Этот эконом выпросил без ведома архимандрита у Филарета право променять свою лесную пустопорожнюю землю на монастырскую вотчину и именовал монастырскую вотчину ненаселенною, тогда как она была жилая. Филарет согласился, если вотчина вправду окажется пустою. Но архимандрит, зная, что вотчина населена и если будет отдана эконому, то совместно с нею под власть эконома Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын должны будут перейти поселенные в этой вотчине люди, воспротивился и желал уличить обман. Эконом, ужаснувшись обличения, умолил архимандрита не начинать дело. Прямо за тем эконом через собственных благоприятелей, сам оставшись в стороне, оклеветал Дионисия различными методами и, меж иным, бросил на него подозрение, как будто Дионисий стал помышлять Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын о патриаршестве. Филарет призывал Дионисия в Москву, держал его три денька в кутузке, а позже отпустил. Этот эконом, злобствуя на Дионисия, в один прекрасный момент на одном монастырском соборе, при всей братии, стукнул его по щеке. Дионисий не сетовал на него, но до самого царя дошла известие Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын об оскорблениях, наносимых Дионисию. Правитель отдал приказ сделать обыск, но Дионисий, не хотя, чтоб кто-либо пострадал из-за него, сам покрыл виноватого.

В 1633 году скончался Дионисий. Патриарх Филарет отдал приказ привезти его тело в Москву, сам отпевал его и выслал вспять в Лавру, где оно было предано земле 10 мая Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын.

О судьбе Аврамия Палицына понятно то, что он погиб в 1627 году, 13 сентября, проживши в Соловках семь лет. Из дел Соловецкого монастыря видно, что была королевская грамота о его погребении, в какой он назван «присланным». Это выражение в старину употреблялось о сосланных и дает повод заключить, что келарь Аврамий Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын попал в Соловецкий монастырь недобровольно. Самое существование грамоты о погребении показывает, что он находился под каким-то особенным надзором.[109]

Должно быть, он подвергся опале, и потому что отправка его в Соловецкий монастырь произошла скоро после возведения Филарета на патриарший престол, то, возможно, ссылка эта была делом Филарета, может быть Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын припомнившего ему то время, когда он под Смоленском покинул посольство, поклонился Сигизмунду и, осыпанный милостями польского короля, возвратился в Москву.

Келарь Аврамий оставил потомству повествование о событиях собственного времени, посвятив огромную часть его описанию осады Троицкого монастыря Сапегою и Лисовским. Сочинение это носит заглавие «Сказание о осаде Троицкого-Сергиева монастыря Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын от поляков и литвы, и о бывших позже в Рф мятежах». Это сочинение составляет один из важных российских источников о смутном времени, хотя имеет недочеты. Оно в высшей степени загромождено многословием и в неких местах заключает внутри себя известия непонятной достоверности: это тем естественнее, что келарь Аврамий не был Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын свидетелем осады монастыря и писал по слухам и преданиям. Не считая того, нельзя не увидеть, что сочинитель выставляет с виду значимость собственного роли в делах, в особенности во время освобождения Москвы, известия этого рода невольно внушают колебание, хотя, с другой стороны, при реальном положении науки, нельзя обосновать их недостоверности.

Глава Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Аврамий Палицын 30


trigonometricheskie-funkcii.html
trigonometricheskie-uravneniya.html
trihinella-patogenez-sistematicheskoe-polozhenie-morfologiya-cikl-razvitiya-laboratornaya-diagnostika-puti-zarazheniya-profilaktika.html